Цель нашей компании - юридическая защита конфиденциальности информации наших клиентов.

Р Е Ш Е Н И Е
Именем Российской Федерации
04 марта 2014 года Черемушкинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Белянковой Е.А., при секретаре Козыревой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1488/14г. по иску ООО «Группа индустриальных технологий» к Страшнову <данные изъяты> о взыскании упущенной выгоды,
У С Т А Н О В И Л :
ООО «Группа индустриальных технологий» обратилось в суд с иском к Страшнову М.М. о взыскании упущенной выгоды в размере <данные изъяты>., указывая в обоснование иска, что в связи в результате утраты фактической монополии на закрытые сведения коммерческого характера обладатель коммерческой тайны ООО «Группа индустриальных технологий» понес убытки в виде упущенной выгоды. Уволившись из ООО «Группа индустриальных технологий» Страшнов М.М., обязанный хранить коммерческую тайну, передал в конкурирующую компанию ООО «Сател» информацию о рынке сбыта, схемы продвижения продукции, наработанные истцом с использованием определенных финансовых затрат и человеческих ресурсов. ООО «Сател», получив от Страшнова М.М. вышеуказанную информацию, принял участие в тендере, объявив о снижении цены на необходимое заказчику оборудование. Из-за неправомерных действий ответчика цена коммерческого предложения ООО «Группа индустриальных технологий» была занижена на 20%, что повлекло за собой причинение истцу убытков в виде упущенной выгоды.
В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержала в полном объеме.
Ответчик в судебное заседание не явился, несмотря на принятые судом меры к его извещению.
Суд, выслушав представителя истца, допросив свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
В силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Таким образом, работник, разгласивший коммерческую тайну, несет ответственность в меньшем размере, чем любое другое лицо, для которого ответственность за эти же деяния наступает в соответствии с нормами гражданского законодательства.
В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.
Пунктом 15 вышеуказанного Постановления установлено, что при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Из материалов дела следует и установлено судом, что Страшнов М.М. работал в ООО «Группа индустриальных технологий» с ДД.ММ.ГГГГ в должности менеджера проекта, с ним заключен трудовой договор.
При принятии на работу Страшнов М.М. ознакомлен с Положением о коммерческой тайне, утвержденном генеральным директором.
В связи с переводом работника с должности менеджер проекта на должность руководителя направления в коммерческом департаменте в трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ г., заключенный между ООО «Группа индустриальных технологий» и Страшновым М.М. внесены изменения.
Страшнов М.М. принят на работу в ООО «Группа индустриальных технологий» в коммерческий департамент на должность руководителя направления.
П. 2.7 трудового договора предусмотрено, в течение срока действия настоящего договора, а так же в течение 3 лет после прекращения его действия, работник обязан не предоставлять и не разглашать любым способом информацию составляющую коммерческую тайну, полученную в результате работы на предприятии по данному договору и не использовать такую информацию недобросовестно. Перечень сведений, составляющих коммерческую тайну, указан в Положении о коммерческой тайне.
ДД.ММ.ГГГГ ответчик уволен по собственному желанию, п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ.
ДД.ММ.ГГГГ в день увольнения ответчиком подписано обязательство о неразглашении коммерческой тайны.
Из-за разглашения ответчиком сведений составляющих коммерческую тайну цена коммерческого предложения ООО «Группа индустриальных технологий» была занижена на 20%, что повлекло за собой причинение истцу убытков в виде упущенной выгоды.
Стоимость оборудования отражена в договоре от ДД.ММ.ГГГГ года, заключенном между ООО «НЛМК-Калуга» и ООО «Группа индустриальных технологий» и составляет <данные изъяты> евро.
Истцом не оспаривалось, что коммерческое предложение на поставку громкоговорящей и распорядительно-поисковой связи на сумму <данные изъяты> евро не было одобрено ООО «НЛМК-Калуга», каких-либо договоров на поставку оборудования по цене отличной от обозначенной в договоре от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «НЛМК-Калуга» и ООО «Группа индустриальных технологий» не заключалось, в связи с чем говорить, что работодателю причинен прямой действительный ущерб безосновательно.
Свидетели ФИО3, ФИО4, ФИО5, допрошенные в судебном заседании пояснили, что уволившись из ООО «Группа индустриальных технологий» Страшнов М.М. устроился на работу в ООО «Сател». Страшнов М.М. ознакомил сотрудников ООО «Сател» с информацией о рынке сбыта, схемах продвижения продукции, что позволило ООО «Сател» принять участие в тендере, объявив о снижении цены на необходимое заказчику оборудование.
Оценивая показания вышеуказанных свидетелей, суд отмечает, что они говорят лишь о возможности заключить договор на поставку оборудования по более высокой стоимости.
На основании ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях:
1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;
2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;
3) умышленного причинения ущерба;
4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;
5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;
6) причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;
7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;
8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.
В соответствии со ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
При этом каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Поскольку в трудовом законодательстве установлено ограничение ответственности работника, виновного в разглашении коммерческой тайны только размерами прямого действительного ущерба, исковые требования ООО «Группа индустриальных технологий» о взыскании упущенной выгоды не подлежат удовлетворению.
Следует отметить, что отношения между Страшновым М.М. и бывшим работодателем ООО «Группа индустриальных технологий» после прекращения трудовой деятельности вышли за рамки трудовых отношений и носят уже гражданско-правовой характер защиты интересов работодателя, в то время истцом с работником гражданско-правового договора о сохранении коммерческой тайны в дополнение к трудовому договору не заключалось.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
Р Е Ш И Л :
ООО «Группа индустриальных технологий» в иске к Страшнову <данные изъяты> о взыскании упущенной выгоды – отказать.
Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд в течение месяца.
Судья Е.А. Белянкова
Вернуться к списку