Цель нашей компании - юридическая защита конфиденциальности информации наших клиентов.

ДЕЛО № 2-29/2016
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
03февраля 2016 года г. Спас-Клепики
Клепиковский районный суд Рязанской области в составе:
Председательствующего судьи Н. С. Самсаковой
При секретаре С.С. Кручининой
С участием заместителя прокурора Клепиковского района А.Б. Стрелкова
Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Орловой ФИО12 к ОАО «Рязанский леспромхоз» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и взыскании морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истица Орлова Н.Н. обратилась в суд с иском к ОАО «Рязанский леспромхоз» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и взыскании морального вреда.
В ходе рассмотрения дела уточнила и увеличила свои исковые требования. Дополнительно просила признать незаконными три приказа об увольнении, взыскать моральный вред в связи с задержкой выдачи трудовой книжки, внести в трудовую книжку записи о переводах на указанном предприятии.
В обоснование иска указала, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала в должности инспектора отдела кадров в ОАО «Рязанский леспромхоз», а ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа была уволена с работы по причине утраты доверия по пункту 7 части 1 статьи 81 ТК РФ, нас основании указанного приказа был издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, впоследствии ей был выдан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении с работы, но уже с формулировкой: «Уволить Орлову Н.Н. за разглашение коммерческой и служебной тайны по п.п. в, п.6, ст.81ТК РФ».
Полагает незаконными данные приказы об увольнении, поскольку действий, направленных на разглашение коммерческой тайны предприятия она не предпринимала.
Кроме того, работодателем в день увольнения ДД.ММ.ГГГГ трудовая книжка не была выдана, и уведомление явиться за трудовой книжкой по почте не отправлялось. Она была направлена в ее адрес без ее согласия почтовым отправлением, которое она получила ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, в ее трудовой книжке отсутствуют сведения о переводе Орловой Н.Н. на другую работу у данного работодателя, а именно о работе в должности экономиста предприятия, инспектора отдела кадров. Полагает необходимым обязать работодателя внести соответствующие записи в трудовую книжку.
В связи с незаконностью увольнения считает, что ОАО «Рязанский леспромхоз» в соответствии со ст. 234 ТК РФдолжен возместить ей неполученный заработок за все время вынужденного прогула со дня увольнения до дня восстановления на работе, сумма заработка за время вынужденного прогула по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет – <данные изъяты>.
Моральный вред, причиненный ей в результате незаконного увольнения, оценивает в <данные изъяты> рублей.
Моральный вред, причиненный ей в результате несвоевременной выдачи трудовой книжки, оценивает в <данные изъяты> рублей.
В судебном заседании истица поддержала свои исковые требования, пояснив вышеизложенное.
В судебном заседании представитель истицы, действующая на основании доверенности поддержала исковые требования. Пояснила вышеизложенное. Кроме того, пояснила, что поскольку у ответчика фактически отсутствует режим коммерческой тайны, имеется беспрепятственный доступ сотрудников к бухгалтерским документам, а сам факт разглашения истицей коммерческой тайны ответчиком не доказан, а увольнение по указанной статье вызвано желанием работодателя избавиться от истицы с наименьшими экономическими затратами, поскольку она достигла пенсионного возраста и не желала увольняться по собственному желанию, истица подлежит восстановлению в должности.
Также полагает, что истице причинены большие нравственные страдания, связанные с незаконным увольнением и задержкой выдачи трудовой книжки, поскольку увольнение по указанным статьям очерняют репутацию истицы и препятствуют дальнейшему трудоустройству, а отсутствие трудовой книжки до ДД.ММ.ГГГГ также препятствовало ее возможному трудоустройству.
Размер компенсации морального вреда связан с желанием истицы обезопасить себя в будущем от материальных трудностей с возможным неисполнением судебного решения.
В судебном заседании представитель ответчика исковые требования не признал, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ истица, пользуясь своим авторитетом главного бухгалтера, поскольку на указанном предприятии в данной должности работала более 10 лет до перевода на должность инспектора отдела кадров, зашла в помещение бухгалтерии ОАО и в присутствии главного бухгалтера ФИО6 и бухгалтера ФИО7, которая ранее работала у нее в подчинении, стала проводить поиски информации и первичных документов по имеющейся задолженности предприятия перед <данные изъяты> не обращая внимание на предупреждения главного бухгалтера ФИО6 о недопустимости такого поведения, провела ксерокопирование каких-то первичных документов, а затем забрала материальные отчеты за 2013-2014 года под предлогом того, что должна их дооформить подписями бывшего гендиректора ФИО8 и своими, и унесла их в свой рабочий кабинет. Вернула указанные документы только после личного вмешательства гендиректора, при проведении служебного расследования от письменных объяснений отказалась, а устно пояснила, что данная информация была необходима для передачи ФИО8 по его просьбе. Впоследствии сам ФИО8 приезжал на предприятие, чтобы объяснить поведение Орловой Н.Н.
Была уволена ДД.ММ.ГГГГ по утрате доверия, в связи с разглашением коммерческой информации, при этом неправильно в приказе был указан пункт- основание по Трудовому кодексу, ДД.ММ.ГГГГ после консультаций с юристом работодателем были внесены соответствующие исправления в приказ, оформленные приказом №.
Трудовая книжка в день увольнения не была выдана, поскольку кроме Орловой Н.Н. других работников, имеющих право на заполнение трудовой книжки, на предприятии не имелось. ДД.ММ.ГГГГ был принят новый работник на должность инспектора отдела кадров, и ДД.ММ.ГГГГ год книжка был направлена почтовым отправлением Орловой Н.Н., которая ДД.ММ.ГГГГ года получила ее лично. Орлова Н.Н. неоднократно обращалась к работодателю с различными заявлениями, однако письменно или устно требования о выдаче трудовой книжки от нее не поступало.
Расчет утраченного заработка не оспаривается. Полагает, что никакого морального вреда истице не причинено, поскольку уволена она законно, основания для этого имеются, также соблюдена процедура увольнения.
Также пояснил, что на предприятии имеется Положение о коммерческой тайне, утвержденное гендиректором ДД.ММ.ГГГГ, с которым Орлова Н.Н. как инспектор отдела кадров непосредственно работала, и должна была ознакомить всех работников, в том числе и себя под роспись, указанное ознакомление было проведено в форме заключения договора о неразглашении коммерческой тайны, которое было заключено работодателем и Орловой Н.Н. 15.01. 2015 года.
Выслушав стороны, их представителей, заключение прокурора, полагавшего о восстановлении истицы на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, внесения соответствующих записей о переводах внутри предприятия и взыскания компенсации морального вреда в разумных пределах, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истицы в части по следующим основаниям:
Согласно ст. 392 ч.1 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
Судом установлен факт трудовых отношений между истицей и ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года, что подтверждается записью в трудовой книжке истицы (л.д.24).
Судом также установлено, что истица была принята на работу в должности главного бухгалтера, без заключения письменного договора, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен письменный трудовой договор №, согласно п. 10 которого работник обязан не разглашать коммерческую тайну предприятия.
Впоследствии между работодателем и истицей было заключено несколько дополнительных соглашений, регулирующих труд работника, в том числе, фиксирующих ее согласие на перевод и работу по совмещению на других должностях.
Так, согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ было заключено дополнительное соглашение к вышеуказанному трудовому договору № о переводе Орловой Н.Н. на должность экономиста по основному месту работы, а ДД.ММ.ГГГГ было заключено дополнительное соглашение согласно приказу «Об установлении совмещения должностей» № от ДД.ММ.ГГГГ » о выполнении работы инспектора отдела кадров.
Одновременно с заключением данного дополнительного соглашения истица была ознакомлена работодателем с должностной инструкцией, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ гендиректором ФИО8 и правилами внутреннего распорядка, согласно котором были установлены ее должностные обязанности, в том числе и обязанность не разглашать охраняемую законом коммерческую, служебную, иную тайну, ставшую известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ с ней был заключен трудовой договор о принятии на работу на должность исполняющей обязанности главного бухгалтера по основному месту работы, а ДД.ММ.ГГГГ был вынесен приказ о переводе Орловой Н.Н. на постоянную работу в должности инспектора отдела кадров, в связи с чем было заключено допсоглашение от ДД.ММ.ГГГГ. Одновременно было заключено доп. соглашение об установлении совмещения по должности ОТ и ТБ.
Судом также установлено, что в трудовой книжке отсутствуют сведения о переводах истицы по основному месту работы и сведениях о совмещении профессий за вышеуказанный период, что подтверждается объяснениями сторон и копией трудовой книжки.
В соответствии со ст. 66 ТК в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора.
По желанию работника сведения о работе по совместительству вносятся в трудовую книжку по месту основной работы на основании документа, подтверждающего работу по совместительству.
Таким образом, требования истицы о внесении вышеуказанных сведений в трудовую книжку обоснованы и подлежат удовлетворению, поскольку, факт невнесения сведений в трудовую книжку по вине работодателя установлен.
Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истица Орлова Н.Н., являясь инспектором отдела кадров, в должностные обязанности которой не входила работа с первичными бухгалтерскими документами и отчетами по деятельности ОАО « Рязанский ЛПХ» в послеобденное время, воспользовавшись отсутствием контроля со стороны главного бухгалтера ОАО «Рязанский ЛПХ» ФИО6, в помещении бухгалтерии осмотрела записи в журналах- ордерах № ДД.ММ.ГГГГ-2014 года по наличию задолженности ОАО « Рязанский ЛПХ» с поставщиками и подрядчиками, при этом получила устную от бухгалтера ФИО7 и письменную информацию из указанных журналов о наличии задолженности перед <данные изъяты> а также произвела поиск и осмотр первичных документов, подтверждающих поставку древесины ответчику от указанного ООО, несмотря на возражения со стороны главного бухгалтера ФИО13.
Затем, воспользовавшись доверием и авторитетом перед бухгалтером ФИО7, с которой находилась в хороших отношениях и которая ранее была у нее в подчинении, предложила ФИО7 продолжить поиск документов, подтверждающих указанную задолженность, что та и сделала, показав ей соответствующие записи о числящейся задолженности, ее суммы, а также первичные документы, подтверждающие наличие договорных отношений между двумя предприятиями. Затем, без согласия руководства, воспользовавшись отсутствием главного бухгалтера, Орлова Н.Н. забрала в свой рабочий кабинет материальные отчеты по движению основных средств предприятия за 2013-2104 годы, возвратив указанные отчеты только после требования гендиректора.
Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями представителя ответчика, материалами служебной проверки, согласно которым установлены вышеизложенные обстоятельства, копией приказа № о применении дисциплинарного наказания в виде выговора за действия по разглашению коммерческой тайны Орловой Н.Н. ФИО7, показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО9, которые в суде подтвердили обстоятельства изъятия Орловой Н.Н. материальных отчетов из помещения бухгалтерии и получения информации о текущей задолженности предприятия перед третьими лицами.
У суда не имеется оснований не доверять указанным показаниям.
Суд не принимает доводы представителя истицы о том, что данные лица оговорили истицу в связи со служебной зависимостью, поскольку данные показания согласованы между собой, подтверждаются отчасти объяснениями самой истицы, которая не отрицала факт присутствия в бухгалтерии в послеобеденное время ДД.ММ.ГГГГ, разговора с ФИО7 о предприятии <данные изъяты> изъятии из помещения бухгалтерия материальных отчетов за 2013-2014 года в свой рабочий кабинет, отчасти показаниями свидетеля ФИО8, который также подтвердил факт приезда и разговора с гендиректором ФИО14 и замдиректора ФИО9 в указанный промежуток времени относительно событий, связанных с увольнением Орловой Н.Н..
Суд критически относится к доводам представителя истицы о том, что повод для увольнения был сфабрикован ответчиком в связи с желанием ответчика сэкономить денежные средства при увольнении истицы в числе иных пенсионеров, на выплате им выходного пособия в случае увольнения по основаниям сокращения численности штатов, поскольку в суде установлено, что на предприятии до настоящего времени, кроме Орловой Н.Н., лица, достигшие пенсионного возраста не уволены, что подтверждается объяснениями представителя ответчика и не опровергнуто стороной истицы.
Суд полагает, что данные события имели место, однако рассматривая действия истицы, как действия, подпадающие под понятие дисциплинарного проступка, связанного с разглашением коммерческой тайны и подлежащего взысканию со стороны работодателя, суд исходит из следующего:
Согласно ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующее дисциплинарное взыскание увольнение по соответствующим основаниям.
В соответствии со ст. 81 ч. П.2 ТК РФ договор может быть расторгнут работодателем в случаях:
в) разглашения охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в том числе разглашения персональных данных другого работника
В соответствии со ст.3 Закона «О коммерческой тайне», информация, составляющая коммерческую тайну (секрет производства), определяется как сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.
В соответствии со ст. 10 ч.1 ФЗ «О коммерческой тайне» меры по охране конфиденциальности информации, принимаемые ее обладателем, должны включать в себя:
1) определение перечня информации, составляющей коммерческую тайну;
2) ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка;
3) учет лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана;
4) регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров;
5) нанесение на материальные носители, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, или включение в состав реквизитов документов, содержащих такую информацию, грифа "Коммерческая тайна" с указанием обладателя такой информации (для юридических лиц - полное наименование и место нахождения, для индивидуальных предпринимателей - фамилия, имя, отчество гражданина, являющегося индивидуальным предпринимателем, и место жительства).
Режим коммерческой тайны считается установленным после принятия обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, мер, указанных в части 1 настоящей статьи.
Согласно ст.11«О коммерческой тайне» в целях охраны конфиденциальности информации, составляющей коммерческую тайну, работодатель обязан:
1) ознакомить под расписку работника, доступ которого к этой информации, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, необходим для исполнения данным работником своих трудовых обязанностей, с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну;
2) ознакомить под расписку работника с установленным работодателем режимом коммерческой тайны и с мерами ответственности за его нарушение;
3) создать работнику необходимые условия для соблюдения им установленного работодателем режима коммерческой тайны.
2. Доступ работника к информации, составляющей коммерческую тайну, осуществляется с его согласия, если это не предусмотрено его трудовыми обязанностями.
3. В целях охраны конфиденциальности информации, составляющей коммерческую тайну, работник обязан:
1) выполнять установленный работодателем режим коммерческой тайны;
2) не разглашать эту информацию, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, и без их согласия не использовать эту информацию в личных целях в течение всего срока действия режима коммерческой тайны, в том числе после прекращения действия трудового договора;
3) возместить причиненные работодателю убытки, если работник виновен в разглашении информации, составляющей коммерческую тайну и ставшей ему известной в связи с исполнением им трудовых обязанностей;
Суд полагает, то работник может быть уволен за разглашение коммерческой тайны только при условии соблюдения следующих основных правил:
- работодателем установлено ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка;
- на предприятии существуют введенные надлежащим образом в действие положения и правила регулирования отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну;
- сведения, которые разгласил работник, относятся к информации, содержащей коммерческую тайну, как то определенный и утвержденный работодателем перечень сведений, содержащих коммерческую тайну, с которым работники знакомятся под роспись;
- работник узнал о сведениях, относящихся к коммерческой тайне, именно в процессе своей трудовой деятельности.
Данное правило прямо предусмотрено п. 43 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. N 2, где указано, что в случае оспаривания работником увольнения по пп. "в" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, которые работник разгласил, в соответствии с действующим законодательством относятся к государственной, служебной, коммерческой или иной охраняемой законом тайне либо к персональным данным другого работника, эти сведения стали известны работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей и он обязывался не разглашать такие сведения.
Судом установлено, что на предприятии ответчика действует Положение о коммерческой тайне, утвержденное ДД.ММ.ГГГГ И.О. Гендиректора, согласно которому определен предмет коммерческой тайны, порядок ее охраны и порядок ее использования, а также установлена ответственность за нарушение режима коммерческой тайны.
Согласно вышеперечисленным трудовым договорам, допсоглашениям к ним, соглашением о неразглашении коммерческой тайны, заключенному ДД.ММ.ГГГГ между истицей и ответчиком, истица неоднократно принимала на себя обязательство по неразглашению коммерческой тайны ответчика.
Судом также установлено, что ответчиком не было принято мер на установление и сохранения режима охраны коммерческой тайны.
Ответчик суду не представил доказательства того, что им для сохранения режима коммерческой тайны были предприняты меры указанные в п.2-5 ч.1 ст. 10 ФЗ «О коммерческой тайне».
По мнению суда для надлежащего сохранения режима коммерческой тайны недостаточно утверждения перечня информации, составляющей коммерческую тайну и ознакомления истицы под расписку с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну, с установленным режимом коммерческой тайны и мерами ответственности за его нарушение.
Суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении гражданского дела ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о соблюдении требований ст. 10.11 ФЗ «О коммерческой тайне», в том числе не представлены доказательства, свидетельствующие об установлении режима коммерческой тайны, не представлен перечень информации, составляющей коммерческую тайну, с которым под расписку ознакомлена истица, не представлены доказательства, что меры по охране коммерческой тайны были достаточны и разумны.
Суд полагает, что вышеуказанная ситуация стала возможной в связи с отсутствием на предприятии ответчика надлежащего ограничения доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка.
Более того, судом установлено, что факт доступа Орловой Н.Н. к информации, которая по мнению ответчика являлась коммерческой и подлежащей соответствующей охране, произошла в основном по вине самого работодателя, который создал условия для свободного доступа работников предприятия к бухгалтерским документам, находящихся в помещении в бухгалтерии. При таких обстоятельствах акт служебного расследования, содержащий выводы о виновности Орловой Н.Н.. в разглашении коммерческой тайны, ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей соответствующие приказы, являются незаконным.
Поскольку ответчик не представил доказательства в подтверждение вышеуказанных юридически значимых обстоятельств, равно как и доказательства, свидетельствующих о том, в действиях истицы имелся умысел на совершение действий, направленных на разглашение коммерческой тайны, при таких установленных обстоятельствах суд не усматривает в действиях Орловой Н.Н. наличие дисциплинарного проступка, за которое возможно применение такой меры дисциплинарного воздействия как увольнение по основаниям, указанным ответчиком в оспариваемых приказах.
В связи с чем приказы № б/н № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении Орловой по причине утраты доверия по пункту 7 части 1 статьи 81 ТК РФ, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении Орловой Н.Н. формулировкой:«За разглашение коммерческой и служебной тайны по п.п. в, п.6, ст.81ТК РФ» должны быть признаны незаконными, а истица подлежит восстановлению на работе в должности инспектора отдела кадров.
Что касается требований истицы о выплате заработка за время вынужденного прогула, суд полагает, что данные требования подлежат удовлетворению в полном объеме с учетом уточненного расчета размера заработка на день вынесения решения.
При этом суд исходит из следующего:
В силу ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения.
Истицей представлен уточненный расчет утраченного заработка, ответчик с указанным расчетом, суммой согласен. Судом указанный расчет принимается, поскольку он произведен по правилам ст. 139 ТК РФ.
Согласно справкам о доходах Орловой Н.Н. за 2014 - 2015 годы, предоставленным работодателем, ее заработок за последние 12 месяцев составил - <данные изъяты>.
Итого сумма заработка за время вынужденного прогула по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> и подлежит взысканию с ответчика в пользу истицы.
Что касается требований истицы о компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением в сумме <данные изъяты> рублей и несвоевременной выдачей трудовой книжки в сумме <данные изъяты> рублей, суд полагает удовлетворить данные требования частично, снизив размер компенсации.
При этом суд исходит из следующего:
В соответствии с ч.4 ст.3 и ч.9 ст. 394 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения о компенсации морального вреда.
Учитывая, что Трудовой Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абзац14 ч.1) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").
При этом суд исходит из того, что при незаконном увольнении и невыдаче трудовой книжки в день увольнения ответчик своими действиями нарушил право Орловой Н.Н. на труд, поскольку данное обстоятельство могло воспрепятствовать истицы в поступлении на другое место работы, а также было нарушено ее право на хорошую трудовую репутацию.
Суд полагает, что применение указанного дисциплинарного взыскания в виде увольнения умаляет трудовую репутацию работника, что может повлечь за собой нравственные страдания и переживания.
Истицей представлены доказательства, что незаконное увольнение принесло ей нравственные и физические страдания, выразившиеся в ухудшении ее здоровья, в связи с чем она находилась на лечении в период с 08.12. по 16.12. 2015 года, что подтверждается копией листка нетрудоспособности и эпикризом.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходя из того, что соглашениями сторон не определен размер морального вреда в указанных случаях, рассматривая конкретные обстоятельства настоящего дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, обстоятельств неправомерного поведения истицы при исполнении своих должностных обязанностей, выразившихся в получении информации о коммерческой деятельности предприятия, являющейся коммерческой тайной, лично и с помощью бухгалтера ФИО7, а также требований разумности и справедливости, сохранения баланса интересов сторон, и учитывая, что компенсация морального вреда не может быть средством незаконного обогащения, а является гарантом восстановления нарушенных прав работника, полагает достаточным и разумным определить размер компенсации за время вынужденного прогула в <данные изъяты> рублей.
Что касается требований возмещения морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, суд исходит из следующих установленных обстоятельств:
Судом установлено, что ответчик в нарушение порядка, установленного ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора не выдал ей трудовую книжку, а также не направил ей уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Трудовая книжка была направлена ответчиком заказным письмом с уведомлением без согласия истицы почтовым отправлением от ДД.ММ.ГГГГ, которое она получила ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается уведомлением о вручении заказного письма. Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями сторон, а также почтовым уведомлением.
Судом также установлено, что истица, являясь инспектором отдела кадров, при своем увольнении не оформила в надлежащем порядке свою трудовую книжку, не внесла в нее необходимые в случае увольнения записи, чем способствовала нарушению своего права на своевременную выдачу трудовой книжки.
Судом также установлено, что истица в течение декабря неоднократно обращалась к ответчику с письменными обращениями с требованием предоставить ей необходимые справки и приказы для обращения в суд, однако требования о выдаче трудовой книжки в соответствии со ст. 84.1 ТК РФ не заявляла.
Поскольку достоверных доказательств, подтверждающих, что в период с момента увольнения и до обращения в суд истица пыталась трудоустроиться, но в приеме на работу ей было отказано в связи с отсутствием трудовой книжки, суду не было представлено, суд, определяя размер компенсации морального вреда за несвоевременную выдачу трудовой книжки, полагает, что ответчиком формально нарушено право истицы на труд, что принесло ей определенные нравственные страдания. Однако полагает, что размер компенсации должен быть снижен до справедливого и разумного. При этом суд исходит из вышеперечисленных обстоятельств и полагает, что истица злоупотребляет своим правом на компенсацию морального вреда по указанным обстоятельствам в истребуемом ею размере, в связи с чем суд полагает снизить размер компенсации до <данные изъяты> рублей.
На основании ст.103 ч.1 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканная государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку истица при подаче иска освобождена от уплаты госпошлины, а исковые требования, заявленные при предъявлении иска удовлетворены, суд полагает возможным в силу ст. 103 ГПК РФ взыскать с ответчика в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме <данные изъяты> рублей.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-197 ГПК РФ
РЕШИЛ:
Исковые требования Орловой ФИО15 к ОАО «Рязанский леспромхоз» удовлетворить частично.
Признать незаконными приказ б/н от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Рязанский леспромхоз» об увольнении Орловой Н.Н. по пункту 7 части 1 статьи 81 ТК РФ, №-K от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Рязанский леспромхоз» об увольнении Орловой Н.Н. по пункту 7 части 1 статьи 81 ТК РФ, приказ № от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Рязанский леспромхоз» об увольнении Орловой Н.Н. по подпункту "в" пункта 6 части 1 статьи 81ТК РФ.
Восстановить Орлову ФИО16 в должности инспектора отдела кадров ОАО «Рязанский леспромхоз».
Взыскать с ОАО «Рязанский леспромхоз», <адрес>, <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> в пользу Орловой ФИО17 заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в сумме <данные изъяты>
Взыскать с ОАО «Рязанский леспромхоз», <адрес>, <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> в пользу Орловой ФИО18 компенсацию морального вреда за незаконное увольнение в сумме <данные изъяты>.
Взыскать с ОАО «Рязанский леспромхоз», <адрес>, <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> в пользу Орловой ФИО19 компенсацию морального вреда за задержку выдачи трудовой книжки в сумме <данные изъяты>.
Внести в трудовую книжку Орловой ФИО20 сведения о работе в ОАО «Рязанский леспромхоз» в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ года и дополнительными соглашениями к нему.
В остальных исковых требованиях Орловой ФИО21 к ОАО «Рязанский леспромхоз» отказать.
Взыскать с ОАО «Рязанский леспромхоз», <адрес>, <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации госпошлину в сумме <данные изъяты><данные изъяты>
Решение в части восстановления Орловой Н.Н. в должности инспектора отдела кадров ОАО «Рязанский леспромхоз» на работе подлежит немедленному исполнению
Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд через Клепиковский районный суд в течение одного месяца в апелляционном порядке.
Судья Н. С. Самсакова
Вернуться к списку