Цель нашей компании - юридическая защита конфиденциальности информации наших клиентов.

РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
02 ноября 2015 года г. Новосибирск
Центральный районный суд г. Новосибирска
в с о с т а в е :
Председательствующего судьи Е.А. Певиной
При секретаре Н.В. Шурышевой
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «С.» к К.Р.Ю. о возмещении ущерба,
у с т а н о в и л :
Истец ООО «С.» обратился в суд с иском к ответчику К.Р.Ю. о возмещении ущерба, указав в исковом заявлении, что в соответствии с приказом № от 09.01.2013 года ответчик был принят на работу в ООО «С.» в отдел продаж на должность менеджера по продажам с 10.12.2013 года. При приеме на работу с ответчиком был заключен трудовой договор № 6-12-2013 от 10.12.2013 года. 02.04.2014 года в ООО «С.» было разработано и утверждено Положение о коммерческой тайне. С указанным Положением были ознакомлены сотрудники, имеющие доступ к коммерческой тайне организации. 04.04.2014 года с Положением также был ознакомлен ответчик, о чем расписался в листе ознакомления. 31.07.2014 года ответчик в соответствии с приказом № 3 от 31.07.2014 года уволился из ООО «С.» по собственному желанию. После увольнения ответчика был установлен факт разглашения им коммерческой тайны ООО «С.» третьим лицам. В период с 12.10.2014 года по 05.12.2014 год в организации истца была создана комиссия, которая провела служебное расследование по факту разглашения коммерческой тайны ООО «С.», сотрудниками отдела продаж компании. При проведении служебного расследования были установлены следующие обстоятельства: ООО «С.» является единственным официальным дилером компании производителя ООО «Х.», имеющим официальное право вести торговлю автомобиля марки Х. в г. Новосибирске. В октябре 2014 года был установлен факт продажи нового автомобиля Х. 300 на условиях коммерческого предложения истца клиенту ООО «С.» не через компанию истца – официального дилера компании производителя ООО «Х.», а через коммерческую организацию ООО «ДТ К.» не имеющую права вести торговлю автомобиля Х. в г. Новосибирске. Таким образом, ООО «ДТ К.» был продан автомобиль в соответствии с условиями коммерческого предложения ООО «С.» клиенту ООО «С.». В ходе служебного расследования было установлено, что компания ООО «А.», которая является клиентом ООО «С.» и уже ранее приобретала автомобиль Х. 500 в 2012 году, приобрела в сентябре 2014 года новый автомобиль Х. 300. Сделка состоялась через ООО «ДТ К.» в результате незаконного использования информации о клиентской базе ООО «С.», бывшим сотрудником К.Р.Ю. Продажа была осуществлена в сентябре 2014 года, когда ответчик уже работал в ООО «ДТ К.». Факт приобретения в ООО «ДТ К.» вскрылся при прохождении 05.11.2014 года автомобилем регламентного ТО на сервисной станции ООО «Х.», являющимся официальным сервисным партнером ООО «С.», несущим обязательства по гарантийному обслуживанию новых автомобилей марки Х. Таким образом, истец по не состоявшейся сделке с ООО «А.» недополучил прибыль в размере 108000 рублей. Данная сумма сформирована на основании дилерского договора между истцом и ООО «Х.» и утвержденного коммерческого прайс-листа и расценок на автомобили Х. от 01.01.2014 года.
С учетом изложенного, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения убытков денежную сумму в размере 108000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3360 рублей.
Представитель истца ООО «С.» - Н.И.В., действующая по доверенности от 10.12.2014 года, М.А.И., действующий на основании приказа о назначении на должность директора, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просила их удовлетворить.
Ответчик – К.Р.Ю., представитель ответчика – С.М.В. просили суд оставить заявленные истцом исковые требования без удовлетворения, представили суду письменные возражения по существу иска.
Суд, выслушав лиц участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 6.1 Федерального закона «О коммерческой тайне» права обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, возникают с момента установления им в отношении этой информации режима коммерческой тайны в соответствии со статьей 10 настоящего Федерального закона.
Согласно ч.4 ст. 11 указанного Федерального закона Работодатель вправе потребовать возмещения убытков, причиненных ему разглашением информации, составляющей коммерческую тайну, от лица, получившего доступ к этой информации в связи с исполнением трудовых обязанностей, но прекратившего трудовые отношения с работодателем, если эта информация разглашена в течение срока действия режима коммерческой тайны.
Судом установлено, что ответчик К.Р.Ю. состоял в трудовых отношениях с ООО «С.» в период с 10.12.2013 года по 31.07.2014 года (л.д.7, 15).
В период работы ответчика К.Р.Ю. в ООО «С.» он был ознакомлен под роспись с положением о коммерческой тайне ООО «С.» 04.04.2014 года (л.д.10-14).
Как следует из п. 14 данного Положения, срок действия ограничений, связанных с необходимостью защиты коммерческой тайны общества совпадает со сроком действия контракта сотрудника.
Таким образом, своим Положением о коммерческой тайне истец ограничил срок действия режима коммерческой тайны моментом прекращения трудовых отношений между ним и работником.
Как следует из заявленных истцом исковых требований, по мнению истца, ответчик разгласил сведения, составляющие коммерческую тайну после прекращения трудовых отношений с ООО «С.», в связи с чем, у истца отсутствуют основания требования возмещения убытков в порядке, предусмотренном ст. 11 Федерального закона «О коммерческой тайне».
В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Согласно ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.
В силу п. п. 1, 2 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.
В силу положений ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Как следует из заявленных истцом исковых требований, истцом заявлено требование о возмещении убытков в части упущенной выгоды, что не предусмотрено положения ТК РФ, в связи с чем, и по данным основаниям требования истца являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В обоснование заявленных требования истец ссылается на заключение о результатах служебной проверки, в рамках которого истцом был установлен факт разглашения ответчиком конфиденциальной информации, однако, в силу положений ст. 61 ГПК РФ, сведения, указанные в данном акте не являются преюдициальными и подлежат доказыванию с использованием иных доказательств, предоставление которых регламентируется положениями главы 6 ГПК РФ, данные доказательства истцом суду не представлены.
Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что заявленные истцом исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.
В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу положений ст. 94 ГПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся …, другие, признанные судом необходимые расходы.
Судом установлено, что 28.07.2015 года между К.Р.Ю. и С.М.В. было заключено соглашение на оказание юридических услуг.
Согласно п. 2.2 соглашения, клиент обязуется произвести оплату услуг представителя в размере 25000 рублей.
Во исполнение условий соглашения С.М.В. от К.Р.Ю. было получено 25 000 рублей, что подтверждается распиской от 28.07.2015 года на сумму 10000 рублей, распиской от 02.11.2015 года на сумму 15000 рублей.
В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Исходя из предмета рассматриваемого спора, объема и характера оказанных К.Р.Ю. услуг, суд считает возможным взыскать с истца 15 000 рублей в счет компенсации расходов за оказание юридических услуг, находя данную сумму разумной.
На основании ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
Р Е Ш И Л :
Исковые требования ООО «С.» к К.Р.Ю. о возмещении ущерба оставить без удовлетворения.
Взыскать с ООО «С.» в пользу К.Р.Ю. 15000 (пятнадцать тысяч) рублей в счет компенсации расходов на оплату услуг представителя.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме через Центральный районный суд г. Новосибирска.
Решение в окончательной форме изготовлено 28 ноября 2015 года.
Судья Е.А. Певина
Вернуться к списку