Цель нашей компании - юридическая защита конфиденциальности информации наших клиентов.

   24 ноября 2015 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
    Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи                Гусевой Н.А.
при секретаре                            Щипановой Н.Е.,
    рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Арбузова А.А. к ООО «В» об изменении формулировки причин увольнения, взыскании заработка за время вынужденного прогула, задолженности по выплате заработной платы за период с 01 мая 2015 года по 28 мая 2015 года, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
    Истец обратился в суд с уточненными исковыми требованиями к ответчику об изменении формулировки причин увольнения на увольнение по собственному желанию по пункту 3 статьи 77 Трудового кодекса РФ с 16 сентября 2015 года; взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по выплате заработной платы за период с 01 мая 2015 года по 28 мая 2015 года и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 222 770,77 рублей, компенсации за время вынужденного прогула в размере 452 967,79 рублей и компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей (уточненное исковое заявление – л.д. 80).
    В обоснование исковых требований истец указывает, что 20 июня 2014 года он был принят на работу к ответчику на должность инженера в обособленное подразделение, расположенное по <адрес>. 28 мая 2015 года он был уволен с занимаемой должности по инициативе работодателя в соответствии с подпунктом «в» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Истцу была выдана трудовая книжка. Иные документы, обосновывающие увольнение, работодателем в распоряжение истца предоставлены не были. Истец считает увольнение не законным по следующим основаниям. С перечнем информации, составляющей коммерческую тайну работодателя, истец ознакомлен не был. Какие-либо документы, имеющие гриф «Коммерческая тайна» (как это предусмотрено для материальных носителей, содержащих информацию, составляющую коммерческую тайну) работодателем истцу не передавались. По мнению истца, ответчиком не были приняты обязательные меры по охране конфиденциальной информации, предусмотренные Законом № 98-ФЗ. Истцу не были представлены сведения о третьих лицах, которым стала известна информация, составляющая коммерческую тайну ответчика. По мнению истца, его увольнение по подпункту «в» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ является незаконным. В соответствии с условиями трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком, заработная плата истца составляла 120 000 рублей. При увольнении истцу не была выплачена заработная плата за период с 01 мая 2015 года по 28 мая 2015 года, размер которой составляет 114 675,77 рублей. Кроме того, истцу при увольнении не была выплачена денежная компенсация за неиспользованный отпуск в размере 108 095 рублей. Также с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула. Своими незаконными действиями ответчик причинил истцу моральный вред, денежную компенсацию которого истец оценивает в размере 100 000 рублей.
    Истец и его представитель – Максименко С.М., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержали по доводам, изложенным выше, дополнили, что при увольнении истца ответчиком нарушен установленный ст. 193 ТК РФ порядок применения дисциплинарных взысканий. Издание ответчиком приказа об увольнении 28 сентября 2015 года, до истечения установленного законом срока для предоставления работником объяснения, не соответствует требованиям действующего законодательства. Кроме того, до дачи объяснения истец не был поставлен в известность о сути вменяемого ему дисциплинарного проступка, поскольку с актом № 1 о результатах работы комиссии для проведения служебного расследования истец был ознакомлен 29 мая 2015 года, после издания приказа о его увольнении. Ответчиком не представлены доказательства получения истцом от ответчика Технического задания № 5 в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, по мнению истца, техническое задание № 5 не является коммерческой тайной ответчика, поскольку на нём в нарушение требований подпункта 5 части 1 статьи 10 Федерального закона «О коммерческой тайне» отсутствует гриф «Коммерческая тайна», отсутствуют сведения о правообладателе такой информации – полное наименование ответчика и его местонахождения. Кроме того, по мнению истца, Техническое задание № 5 и решения не являются секретами производства, поскольку не обладают действительной или потенциальной коммерческой ценностью по причине отсутствия в нем каких-либо технических решений, описывающих способ изготовления и производства зарядного устройства. Истец и его представитель по доверенности просят суд исковые требования удовлетворить с учетом уточнений в полном объеме.
    Представители ответчика – Эрлих Н.М., действующий на основании доверенности, и Горлинский Б.В., генеральный директора ООО «В», в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме, пояснили, что 17 марта 2014 года между истцом и ответчиком заключен трудовой договор №, в соответствии с которым ответчик поручает, а истец принимает на себя выполнение трудовых обязанностей в должности инженера в административном подразделении ответчика. Пунктом 6.1.9 трудового договора на истца возложена обязанность не разглашать сведения, составляющие коммерческую тайну общества, ставшие ему известными в силу выполнения должностных обязанностей. В соответствии с пунктом 2 должностной инструкции инженера истец относится к категории специалистов, имеющих доступ к коммерческой тайне Общества. Перечень информации, относящейся к коммерческой тайне и порядок доступа к коммерческой тайне определен в Положении о коммерческой тайне общества. С данным Положением истец был ознакомлен 03 апреля 2014 года. В соответствии с п. 8.2 Положения, работник, который в силу своих служебных обязанностей имеет доступ к коммерческой тайне обязан в момент приема на работу либо по первому требованию Общества дать Обществу обязательство о неразглашении коммерческой тайны. В соответствии с п. 8.3 Положения допуск к коммерческой тайне осуществляется только после дачи работником обязательства о неразглашении коммерческой тайны. 03 апреля 2015 года истцом подписано обязательство о неразглашении информации, составляющей коммерческую тайну Общества. Согласно указанному обязательству, истец был уведомлен, что ему запрещается: сообщать устно или письменно кому бы то ни было информацию, составляющую коммерческую тайну Общества, если это не вызвано выполнением трудовых обязанностей; использовать документы, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну Общества, в корыстных целях, выносить документы, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну Общества, из помещений общества, а также осуществлять копирование информации, составляющей коммерческую тайну, в электронном виде; использовать с рабочего компьютера некорпоративную (личную) электронную почту. Истец также предупрежден, что в случае невыполнения им условий указанного обязательства он может быть уволен в соответствии с п.п. «В» п. 6 ст. 81 ТК РФ, и дал свое согласие на право Общества отслеживать любую деятельность, связанную с доступом к информации, составляющей коммерческую тайну Общества. Ответчиком были приняты обязательные меры по охране конфиденциальной информации, предусмотренные Федеральным законом «О коммерческой тайне». Приказом № от 28 мая 2015 года истец уволен за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей: разглашение охраняемой законом тайны (коммерческой), ставшей ему известной в связи с исполнением трудовых обязанностей по п. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. 26 мая 2015 года начальником IT отдела Общества установлен факт направления истцом в адрес третьего лица, не являющегося работником Общества, письма с вложенным файлом – «решение в области мощного электропитания специального назначения», разработчиком которого является Общество. 27 мая 2015 года приказом генерального директора общества создана комиссия для проведения служебного расследования по факту дисциплинарного проступка. В период с 27 мая 2015 года по 28 мая 2015 года комиссией была проведена инспекция служебного компьютера истца и по её результатам было установлено, что истцом осуществлена передача третьему лицу сведений, составляющих коммерческую тайну общества, а именно сведений об особенностях разработки зарядного устройства (существующего решения в области мощного электропитания специального назначения). Указанные сведения конфиденциального характера были направлены истцом с личной электронной почты (<адрес в интернете>) на адрес заместителя генерального директора по развитию компании «AEGE» Гаенкова Ю.М. (<адрес в интернете>). Из содержания переписки истца с Гаенковым Ю.М. следует, что истец пытался на базе разработанного Обществом зарядного устройства (существующего решения в области мощного электропитания специального назначения), реализовать компании «AEGE» модульный источник вторичного электропитания. Свои услуги истец оценив в 6 000 000 рублей. Сведения, составляющие коммерческую тайну общества, стали известны истцу в связи с выполнением им трудовых обязанностей по разработке электронных компонентов для зарядного устройства на основании выданного обществом технического задания № 5 от 01 октября 2014 года, имеющего гриф «Конфиденциально». Секрет производства «зарядного устройства», относится к категории сведений, содержащих коммерческую тайну Общества и имеет действительную и потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности технологии его производства третьим лицам (пункт 7.6 Приложения № 1 к Положению). Комиссия пришла к выводу, что истец совершил дисциплинарный проступок, за который возможно привлечь его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по пп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. 26 мая 2015 года Общество затребовало от истца письменное объяснение. По истечении двух рабочих дней истцом объяснение предоставлено не было, о чем обществом был составлен соответствующий акт. Порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ст. 193 ТК РФ, ответчиком нарушен не был. При увольнении с истцом был произведен полный расчет на основании установленного Дополнительным соглашением от 15 июля 2014 года к трудовому договору должностного оклада в размере 24 000 рублей. 01 июня 2015 года должность, ранее занимаемая истцом, исключена из штатного расписания Общества на основании приказа об исключении из штатного расписания вакантной должности. Представители ответчика просят отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
    Выслушав пояснения истца и его представителя, пояснения представителей ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
    Согласно подпункту «в» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: разглашения охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в том числе разглашения персональных данных другого работника.
    В соответствии со статьёй 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
    К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81 или пунктом 1 статьи 336 настоящего Кодекса, а также пунктом 7 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.
    При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
    В силу статьи 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
    Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
    Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
    За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.
    Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.
    Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17 марта 2004 года, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
    В силу пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17 марта 2004 года, в случае оспаривания работником увольнения по подпункту «в» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, которые работник разгласил, в соответствии с действующим законодательством относятся к государственной, служебной, коммерческой или иной охраняемой законом тайне, либо к персональным данным другого работника, эти сведения стали известны работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей и он обязывался не разглашать такие сведения.
    В соответствии с Законом РФ «О коммерческой тайне», коммерческая тайна – режим конфиденциальности информации, позволяющий её обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду.
    Информация, составляющая коммерческую тайну (секрет производства), - сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.
    Разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, - действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору.
    В силу положений статьи 4 указанного Закона право на отнесение информации к информации, составляющей коммерческую тайну, и на определение перечня и состава такой информации принадлежит обладателю такой информации с учетом положений настоящего Федерального закона.
    Как установлено судом и следует из материалов дела, Арбузов А.А. осуществлял трудовую деятельность в ООО «В» в должности инженера в административном подразделении на основании трудового договора № от 17 марта 2014 года, заключенного между ООО «В» и Арбузовым А.А.
    Согласно пункту 1.1 трудового договора, работник обязуется лично выполнять определенную настоящим Договором трудовую функцию, соблюдать действующие в организации Правила внутреннего трудового распорядка, другие локальные нормативные акты работодателя, а также выполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым договором, а также дополнительными соглашениями к нему.
    Согласно подпункту 6.1.9 пункта 6.1 трудового договора, работник обязан не разглашать сведения, составляющие коммерческую тайну работодателя. Сведения, являющиеся коммерческой тайной работодателя, определены в Положении о коммерческой тайне ООО «В».
    Согласно пункту 2 Должностной инструкции инженера ООО «В», инженер относится к категории специалистов, имеющих доступ к коммерческой тайне Общества.
    Арбузов А.А. ознакомлен с названной должностной инструкцией под роспись, что истец в судебном заседании не оспаривал.
    Из материалов дела следует, что в ООО «В» разработаны Положения о коммерческой тайне ООО «В», с которыми истец ознакомлен под роспись.
    В соответствии с подпунктами 2.5, 2.6 Положения о коммерческой тайне ООО «В» настоящее Положение распространяется на информацию, составляющую коммерческую тайну, независимо от вида носителя, на котором она зафиксирована.
    Действие настоящего Положения распространяется на работников Общества, работающих по трудовому договору, заключенному с Обществом, которые дали обязательство о неразглашении коммерческой тайны, а также на лиц, работающих по гражданско-правовым договорам, заключенным с Обществом (контрагентов), взявших на себя обязательство о неразглашении коммерческой тайны, в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим Положением.
    Согласно пункту 6.1 Положения сведения, составляющие коммерческую тайну Общества, определены Приложением № 1 к настоящему Положению, являющимся его неотъемлемой частью.
    Охрана сведений, составляющих коммерческую тайну, состоит в принятии комплекса мер, направленных на ограничение доступа к коммерческой тайне третьих лиц, на предотвращение несанкционированного разглашения коммерческой тайны, выявление нарушений режима коммерческой тайны Общества, пресечение нарушений режима коммерческой тайны Общества, привлечение лиц, нарушающих режим коммерческой тайны Общества, к установленной ответственности (пункт 6.5 Положения).
    К сведениям, составляющим коммерческую тайну Общества, относятся в том числе: планы по освоению новой техники; сведения об особенностях технологических решений, дающих экономический эффект; сведения о мерах защиты от всевозможных подделок; сведения о состоянии программного обеспечения; сведения об особенностях используемых и разрабатываемых технологий и специфике их применения; сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности Организации, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам (секрет производства) (пункт 7 Приложения № 1 Положения).
    Как следует из материалов дела и не оспаривалось истцом в судебном заседании, Арбузов А.А. подписал обязательство о неразглашении информации, составляющей коммерческую тайну, в соответствии с которым, он уведомлен, что ему запрещено: сообщать устно или письменно кому бы то ни было информацию, составляющую коммерческую тайну Организации, если это не вызвано выполнением трудовых обязанностей; использовать документы, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну Организации, в корыстных целях, в том числе в качестве конкурентного действия соперничающих юридических лиц; использовать с рабочего компьютера некорпоративную (личную) электронную почту. Предупрежден, что в случае невыполнения им условий настоящего обязательства, может быть уволен работодателем в соответствии с пп. «в» п. 6 ст. 81 ТК РФ. До его сведения также доведено с разъяснениями соответствующее «Положение о коммерческой тайне ООО «В» от 12 января 2012 года и он получил один экземпляр этого Положения.
    Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 26 мая 2015 года был установлен факт направления Арбузовым А.А. письма с вложенным файлом – «решение в области мощного электропитания специального назначения», имеющего гриф «Конфиденциально». Письмо с вложенным файлом было направлено Арбузовым А.А. с личной (некорпоративной) электронной почты <адрес в интернете> на адрес <адрес в интернете>, - докладная записка начальника IT отдела ООО «В» на имя генерального директора ООО «В».
    26 мая 2015 года Арбузову А.А. письменно было предложено дать объяснения по данному факту, Арбузов А.А. от ознакомления с уведомлением о необходимости дать объяснения по данному факту под роспись отказался, уведомление было зачитано вслух генеральным директором ООО «В», - Акт об отказе в ознакомлении с уведомлением о необходимости дать объяснения от 26 мая 2015 года.
    Приказом работодателя № 06 от 27 мая 2015 года создана комиссия с целью инспекции рабочего компьютера инженера Арбузова А.А. и проведения служебного расследования факта передачи инженером сведений конфиденциального характера.
    Как следует из материалов дела, в период с 27 мая 2015 года по 28 мая 2015 года комиссией была проведена инспекция служебного компьютера Арбузова А.А. и по её результатам было установлено следующее: 15 мая 2015 года Арбузовым А.А. осуществлена передача третьему лицу сведений, составляющих коммерческую тайну Общества, а именно сведений об особенностях разработки зарядного устройства (существующего решения в области мощного электропитания специального назначения). Указанные сведения конфиденциального характера были направлены Арбузовым А.А. с личной электронной почты (<адрес в интернете>) на адрес заместителя генерального директора по развитию компании «AEGE» Гаенкова Ю.М. (<адрес в интернете>). Из содержания переписки Арбузова А.А. с Гаенковым Ю.М. следует, что истец пытался на базе разработанного Обществом зарядного устройства (существующего решения в области мощного электропитания специального назначения), реализовать компании «AEGE» модульный источник вторичного электропитания. Свои услуги истец оценив в 6 000 000 рублей. Сведения, составляющие коммерческую тайну общества, стали известны Арбузову А.А. в связи с выполнением им трудовых обязанностей по разработке электронных компонентов для зарядного устройства на основании выданного обществом технического задания № 5 от 01 октября 2014 года, имеющего гриф «Конфиденциально». Секрет производства «зарядного устройства», относится к категории сведений, содержащих коммерческую тайну Общества и имеет действительную и потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности технологии его производства третьим лицам (пункт 7.6 Приложения № 1 к Положению). Комиссия пришла к выводу, что действия Арбузова А.А. содержат признаки дисциплинарного проступка, который выразился в разглашении коммерческой тайны, ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, за который возможно привлечь его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по пп. «в» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, - Акт № 1 о результатах работы комиссии для проведения служебного расследования от 28 мая 2015 года.
    С названным выше Актом Арбузов А.А. был ознакомлен под роспись, что истец в судебном заседании не оспаривал.
    Судом установлено и не оспаривалось истцом в судебном заседании, что он отказался давать объяснения по факту направления в адрес третьего лица, не являющего работником ООО «В», письма с вложенным файлом – «решение в области мощного электропитания специального назначения», разработчиком которого является ООО «В» и имеющего гриф «конфиденциально».
    Приказом работодателя № от 28 мая 2015 года Арбузов А.А. уволен по подпункту «в» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ на основании акта № 1 от 28 мая 2015 года. С данным приказом истец был ознакомлен под роспись 28 мая 2015 года.
    Приказом работодателя № от 01 июня 2015 года из штатного расписания ООО «В» исключена вакантная должность инженера административного подразделения ООО «В».
    При указанных обстоятельствах, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, и с учетом требований закона, суд приходит к выводу об отказе Арбузову А.А. в удовлетворении заявленных требований, поскольку у ответчика имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения по подпункту «в» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ и был соблюден установленный законом порядок применения дисциплинарного взыскания, так как факт однократного грубого нарушения истцом трудовых обязанностей – разглашение коммерческой тайны, ставшей ему известной в связи с исполнением трудовых обязанностей, нашел подтверждение в процессе судебного разбирательства и не был опровергнут истцом, с приказом об увольнении Арбузов А.А. был ознакомлен 28 мая 2015 года, до применения дисциплинарного взыскания у истца были затребованы письменные объяснения по обстоятельствам вменяемых ему нарушений трудовой дисциплины, срок применения дисциплинарного взыскания ответчиком нарушен не был.
    Поскольку Арбузову А.А. отказано в удовлетворении основных исковых требований об изменении формулировки увольнения, то и не подлежат удовлетворению производные от них исковые требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.
    Согласно части 6 статьи 136 Трудового кодекса РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.
    В соответствии с абзацем 5 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
    В силу абзаца 7 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
    В соответствии со статьёй 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
    Судом установлено, что ответчиком истцу при увольнении не выплачена заработная плата за май 2015 года и компенсация за неиспользованный отпуск.
    Предоставленные ответчиком в материалы дела расходные кассовые ордера в подтверждение своих доводов о выплате истцу заработной платы за май 2015 года не могут быть приняты судом во внимание, поскольку в указанных расходных кассовых ордерах отсутствует подпись истца о получении денежных средств, истец же факт получения заработной платы за май 2015 года отрицает.
    Других допустимых доказательств ответчиком суду не предоставлено.
    При определении подлежащей выплате ответчиком истцу задолженности по заработной плате за май 2015 года и компенсации за неиспользованный отпуск суд исходит из размера должностного оклада Арбузова А.А., оговоренного в трудовом договоре № от 17 марта 2014 года и Дополнительном соглашении к трудовому договору от 15 июля 2014 года, согласно которым, размер должностного оклада работника составляет 24 000 рублей в месяц.
    В судебном заседании истец не оспаривал, что иного трудового договора либо иного дополнительного соглашения, в которых бы оговаривался больший размер должностного оклада, между сторонами не заключались.
    Согласно данным, предоставленным ответчиком, за май 2015 года истцу начислена заработная плата в размере 20 083,67 рублей и компенсация за неиспользованный отпуск в размере 24 902,05 рублей. Расчет заработной платы за май 2015 года и компенсации за неиспользованный отпуск судом проверен, истцом не оспорен, у суда сомнений не вызывает.
    При указанных обстоятельствах, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, и с учетом требований закона, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате за май 2015 года в размере 20 083,67 рублей и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 24 902,05 рублей.
    В силу положений статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
    В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
    Поскольку в судебном заседании нашел свое подтверждение факт невыплаты истцу ответчиком заработной платы за май 2015 года и компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.
    С учетом обстоятельств дела, степени физических и нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей.
    На основании статьи 103 ГПК РФ, пунктом 1 и 3 статьи 333.19 НК РФ, с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина из требований имущественного характера в размере 1 549,57 рублей, из требований неимущественного характера – 300 рублей, всего в общей сумме – 1 849,57 рублей.
    На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
    Исковые требования Арбузова А.А. к ООО «В» об изменении формулировки причин увольнения, взыскании заработка за время вынужденного прогула, задолженности по выплате заработной платы за период с 01 мая 2015 года по 28 мая 2015 года, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.
    Взыскать с ООО «В» в пользу Арбузова А.А. задолженность по заработной плате в размере 20 083,67 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 24 902,05 рублей и компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, всего в общей сумме – 49 985,72 рублей, в остальной части иска – отказать.
    Взыскать с ООО «В» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 1 849,57 рублей.
    Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированной части решения суда.
Вернуться к списку